Журнал "ДОШ"
Назад Вперед

Элла Кесаева: «Кто-то должен говорить правду. Пусть это будем мы...»
 Зоя Светова

С Эллой Кесаевой мы встретились на митинге у Театрального центра на Дубровке. 26 октября 2007 года, через пять лет после трагедии «Норд-Оста». На площади перед Театральным центром стоят люди. Рядом с фотографиями погибших детей и взрослых горят свечи. Много цветов. Выступают выжившие заложники. Родители погибших. Те, кто пострадали от терактов в Москве, Волгодонске, Беслане. Потом говорит Элла Кесаева. Она просит прощения у всех погибших и их родных. Просит прощения за то, что пять лет назад не восприняла их беду, как свою. За то, что тогда промолчала. И после этого случился Беслан… Почему у вас в Беслане две организации, объединяющие пострадавших от этой трагедии? Среди вас тоже нет единства?
- Единство есть. И они, и мы - мы все хотим одного. Но в организации «Матери Беслана» считают, что виноваты республиканские должностные лица. Мы же - «Голос Беслана» - уверены, что все решалось на федеральном уровне, - объясняет Элла.
Митинг закончен. Начинается церковная панихида по погибшим. Мы с Кесаевой отходим в сторону и начинаем говорить. Слушая ее, я понимаю: эта женщина ничего не боится. Она потеряла так много и столько пережила, что у нее больше нет страха. Ее жизнь кардинально изменилась, разделившись на «до Беслана» и «после».
«До Беслана» Элла Кесаева работала заведующей лаборатории по виноделию на заводе «Исток» в Беслане. По профессии она - химик-биолог. Очень любила свою профессию. В школе, захваченной террористами, погибла вся семья ее сестры. Дочь Эллы была в заложниках, ее ранили. Слава Богу, она выжила. Теперь Элла вместе с сестрой воспитывает дочь. Впрочем, все свое время Кесаева посвящает изучению законов и поискам правды. «Голос Беслана» судится за государством за право знать, как погибли их дети и кто в этом виноват.
Свой выбор Кесаева объясняет очень просто: «Я сократила свои расходы, живу очень скромно. После такой трагедии, которая произошла со всеми нами, я не заслужила шикарной жизни, жизни в комфорте. Я должна сделать все, что от меня зависит, а потом уже позаботиться о себе.
Узнаем ли мы когда-нибудь тайну Беслана?
 - Это не тайна. Мы не знаем мелочей и подробностей. А по большому счету мы много видели своими глазами. Лично я видела, как с момента взрыва до четырех часов всю школу обстреливали, она была под шквальным огнем непрерывно. Для нас не тайна, что наших детей убили федералы. Захватили школу террористы, нелюди. Но по всем законам убийцей считается тот, от чьей пули погиб человек. Кто это расследовал? Никто. Мы уверены, что расследованию препятствует президент страны. Если бы была его воля, все было бы быстро расследовано. Но дело в том, что все нити тянутся к нему. Кто награждал после Беслана генералов? - Путин. Судьи, которым мы подаем наши иски, жалобы, смеются нам в глаза. Они заранее знают, что на все наши жалобы мы получим отказ.
Спрашивая о «тайне Беслана», я имела в виду, узнаем ли мы когда-нибудь, кто организовал захват заложников?
- Я вам скажу то, что есть в материалах дела. Там говорится, что захват заложников организовал Басаев. На него указал Кулаев. Что касается Масхадова, то никаких доказательств его вины в деле нет. Нам нужна правда. Если человек не виновен в бесланской трагедии, а его искусственно обвинили, то несостоятельной оказывается вся версия. Маршрут продвижения террористов доказательно не установлен. В материалах дела он основывается только на показаниях одного человека - сопровождавшего их майора милиции. Его показания можно подвергнуть сомнению. Получается, что маршрут продвижения террористов не установлен, сколько их было - не установлено, конкретные требования не установлены, кто вел переговоры, кто участвовал в штурме - не установлено, кто был руководителем штаба - не установлено. Для нас все это является секретом. Почему применили танки? Огнеметы? На эти вопросы нам не отвечают, прикрываясь предварительным расследованием, конца которому нет и не будет, пока у власти президент Путин.
Кому, по вашему мнению, был выгоден захват заложников в Беслане?

- Судя по тому, что произошло потом, это оказалось выгодно власти. На крови бесланских детей они укрепили свою власть. Если мы не дикари, а цивилизованные люди, то мы должны набраться мужества и называть вещи своими именами. Не тогда, когда они уйдут на пенсию, не тогда, когда в их сторону будут плевать, а сейчас, потому что через 10 лет, а может, через год, меня не будет. А с какой совестью я уйду к тем, которых уже нет, к тем, которых я так люблю? Вот поэтому я сейчас говорю то, что думаю, то, что было на самом деле. Если я говорю неправду, пусть подают на меня в суд!
Вы допускаете, что террористы хотели путем захвата заложников и путем возможных переговоров остановить войну в Чечне?
- Двадцать шесть человек, которых выпустили с помощью Аушева 2 сентября, говорили о том, что террористы хотели вести переговоры и готовы были отпустить всех заложников.
Каковы цели вашей организации «Голос Беслана»?
- Объективное расследование, справедливое наказание всех виновников. Такова наша цель.
Что вам удалось сделать?
- Наша организация существует с октября 2005 года. Перед третьей годовщиной Беслана она была закрыта по решению суда. Мы не согласились с этим решением. Подали жалобу в кассационную инстанцию. Пока наша организация не ликвидирована. Вышестоящая инстанция до сих пор не рассмотрела нашу жалобу. Как нам объяснили, судья первой инстанции допустил очень много ошибок и ему дают время на их исправление. Это ли не абсурд? Вместо того, чтобы отменить решение судьи о ликвидации нашей организации, они дают судье время на то, чтобы подтасовать решение!
Кто боится вашей организации?
- Я думаю, федеральная власть.
А вы не боитесь за свою жизнь?
- Я не боюсь смерти. Я видела ее. У меня пропал страх. Если дети погибли такой мучительной смертью, а мы три дня просидели, какое мы имеем право сейчас молчать? Я просто не могу молчать. Для меня говорить правду сегодня - это хоть какое-то оправдание моему молчанию в те три дня.
Вы сказали, что чувствуете свою вину за то, что молчали, когда случился «Норд-Ост»?
- Тогда я жила, как живут, наверное, сейчас все остальные. Да, мне было больно. Но я посочувствовала, поплакала и все. А надо было кричать, бить в колокола. Тем более, тогда еще было свободное телевидение. Сейчас все подконтрольно власти. Я считаю, что я лично пострадала за свое молчание. И, если это, не дай Бог, произойдет с вами, знайте, что вы страдаете, потому что молчите. Нельзя молчать: мы - не быдло. Мы - взрослые люди и должны нести ответственность за своих детей. Кто-то должен начать говорить. Допустим, мы начинаем. Пусть будет так.
Иногда можно услышать, что бесланцы должны мстить тем, кто взял в заложники их детей. Как вы относитесь к идее кровной мести?
- Кому мстить? Где наши враги? Мы знаем имена террористов. И что, мы теперь будем искать их семьи? Понимаете: кровь, порождающая кровь, - это не выход из положения. Мы - верующие люди. Бог нас направляет, и мы, совершая юридические шаги, говорим людям, кто виноват, что на самом деле случилось. Что же, мы ингушей начнем убивать? Ведь они там были просто марионетками. Мы знаем, что на момент штурма ни один ребенок не был убит. Кровная месть - это неправильно. Если мы начнем тупо говорить: «Вот ингуш виноват, чеченец виноват», это будет выгодно власти. Они этого и хотели. Но этого не будет. Мы разобрались в том, что случилось, и мы поняли, кто виноват. И мы будем требовать наказания истинных виновников.
Почему поисками правды в основном занимаются женщины?
- Давление, которое оказывают на нас, трудно выдержать мужчинам. Они более уязвимы. Если бы я работала, меня бы за мою деятельность очень быстро выгнали с работы. А мужчины - кормильцы в семье. И потому за эту борьбу взялись женщины.

P.S.
19 декабря 2007 Судебная коллегия Верховного суда Северной Осетии приняла решение о закрытии общественного комитета "Голос Беслана" в прежнем составе, члены организации объявили голодовку в знак протеста против действий суда.

Представители комитета "Голос Беслана" заявили о том, что будут оспаривать данное судебное решение в вышестоящих инстанциях.
По словам Эллы Кесаевой, за почти двухлетний период официальной регистрации организация "Голос Беслана" испытывала постоянное давление со стороны спецслужб и местных властей.

Ранее 22 ноября 2007 года против Эллы Кесаевой было возбуждено административное производство по ст. 19.1. и 11.21 КОАП за установку знака "Курс Путина" со стрелкой, указывающей в сторону школы.