Журнал "ДОШ"
Назад Вперед

УЗНИКИ НОВОГО РУССКОГО ГУЛАГА

Зоя СВЕТОВА

Никто не может помочь осужденным, которые подвергаются в тюрьмах и колониях дискриминации по национальному признаку.

Дорога на станцию Потьма Республики Мордовия занимает всего семь часов. Садишься в поезд часов в одиннадцать ночи, и в пять-шесть утра - ты на месте. Странное ощущение - географически расстояние небольшое, но оказываешься как будто бы в другом мире.
Прямо со станции Потьма начинается автомобильная дорога - Зубово-Полянский район переходит в Тяньгушевский. Грустная картина. Скучный пейзаж. По обеим сторонам дороги дремучие леса. Кончается лес - значит, начинается лагерь. Лагерные вышки. Некоторые из них сохранились еще со сталинских времен и помнят тех узников. Лагеря здесь начали строиться еще в 30-х годах. Тогда они получили название Темниковские. И это место называлось Темлаг. Потом Дубравлаг. На сайте УФСИН по республике Мордовия значится: в конце 30-х годов большинство заключенных, содержавшихся в Темлаге, было осуждено за измену родине.

Теперь в этих зонах нет политических заключенных. Но так же, как и прежде, и как повсюду в России, здесь много невиновных. С адвокатом Светланой Давыдовой мы едем на свидание к Лечи Джанаралиеву и Зялмаху Кодзоеву. Когда в пять тридцать утра мы выходим из поезда, еще по-весеннему холодно. Водитель везет нас в поселок Барашево. Мы проезжаем через десяток зон. И вот мы на месте. Здесь две колонии: ЛИУ-3 - туберкулезная зона и ЛИУ-21 - больничная зона. Это учреждение в последнее время прославилось тем, что несколько месяцев там сидела эксюрист компании ЮКОС, беременная Светлана Бахмина. Ее перевели туда из женской колонии № 13. Начальнику 21-й колонии Бахмина подала прошение о помиловании для президента Дмитрия Медведева. Потом здесь же она свое прошение отозвала.
И в Москву ее перевезли из этой колонии. Десять суток ШИЗО за намаз Раннее утро. Мы подходим к воротам туберкулезной зоны. Оттуда выходит небольшая группа заключенных. Конвоиры с собаками ведут их на работу, в так называемую промзону. Видно, что заключенные больны. Они бледны, худы и в черных, больших не по размеру телогрейках кажутся почти дистрофиками.
Адвокат просит разрешить ей свидание с осужденным Кодзоевым. Приходится подождать. У начальника колонии рабочий день еще не начался. Надо, чтобы он дал разрешение на встречу с осужденным.
Мы смиренно ждем пару часов в холодном домике для родственников, приезжающих на свидание. На стенах угрожающие объявления для тех из них, кто вдруг решит в посылках для заключенных передать запрещенные предметы: наркотики, алкоголь и т.д. Приводятся примеры, когда злоумышленники были пойманы с поличным. Нам с адвокатом эти случаи кажутся неправдоподобными.
Наконец приходит сотрудница колонии. Она приносит адвокату разрешение на встречу с Кодзоевым. Светлана Давыдова возвращается через час и рассказывает, что у этого молодого ингуша дела совсем плохи. Как раз в этот день к нему на свидание приехала мать. А до того он просидел десять дней в ШИЗО (штрафном изоляторе) за то, что якобы без пропуска переходил из одной локальной части зоны в другую. Зялмах объяснил адвокату, что такой пропуск у него был. Он шел в молельную комнату, а сотрудники колонии намеренно наказали его, представив дело так, будто бы он пошел в эту часть зоны незаконно.
Кодзоев пожаловался прокурору. Тогда его снова наказали: на пять суток посадили в ШИЗО.
Зялмах Кодзоев в Мордовии уже четыре года. Сначала он сидел в ИК-4. Уже там у него были выявлены серьезные заболевания: туберкулез легких с 1994 года, язвенная болезнь с 1992-го и черепно-мозговая травма с трепанацией черепа, проведенной в 1998 году. Но только в мае 2008-го (после трех лет пребывания в колонии!) Кодзоева перевели в ЛИУ-3, где ему провели необходимые медицинские обследования. Было установлено, что он страдает инфильтративным туберкулезом верхней доли правового легкого в фазе распада.
Согласно мнению врача Э.Н.Бижановой и кандидата медицинских наук врача Р.Н.Гутова, которые по запросу Комитета «Гражданское содействие» сделали экспертное заключение, «Кодзоев не находился под серьезным медицинским наблюдением, и начальный этап заболевания был пропущен ». Кроме туберкулеза, из-за черепномозговой травмы Кодзоев нуждается в обследовании и лечении в психиатрическом отделении. Московские врачи считают недопустимым, что Кодзоева, страдающего «от совокупности патологических процессов в головном мозге и легких», за малейшие проступки сажают в ШИЗО.
Пообщавшись с Зялмахом, адвокат Светлана Давыдова пришла к выводу, что в связи с многочисленными нарушениями прав Кодзоева нужно срочно подавать жалобу в Европейский суд. Кроме того, родственники должны добиваться перевода Зялмаха в другую зону, поближе к дому, где они смогут следить за его состоянием здоровья. Срок у Кодзоева большой - 24 года лишения свободы. (Историю Кодзоева читайте в материале Елены Санниковой «СПАСАТЬ, ПОКА НЕ ПОЗДНО»).

Чеченский надлом
У Лечи Джанаралиева, другого заключенного, к которому адвокат Давыдова приехала на свидание, ситуация не лучше. Об истории этого 28-летнего парня, по трагической случайности ставшего инвалидом, наш журнал уже писал в статье «Обыкновенный беспредел» («ДОШ» №3(21)2008). В июле 2007 года Верховный суд Чечни приговорил Джанаралиева к 12 годам лишения свободы за бандитизм.
Его вина состояла в том, что водитель- сосед, вместе с которым он из Грозного ехал домой, проигнорировал требование военных и не остановился на блокпосту.
По машине был открыт огонь на поражение. Водителя убило на месте, а Лечи был тяжело ранен в голову и в позвоночник.
Он месяц пролежал в больнице, в суд его приносили на носилках. После ранения Джанаралиева парализовало, теперь он может передвигаться только в коляске.
Колония в Ставропольском крае, где он сначала отбывал наказание, рекомендовала его к освобождению, поскольку его болезнь входит в «Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания».
Но суд города Георгиевска проигнорировал мнение тюремных врачей, и Лечи остался в заключении. Из Ставропольского края его этапировали в Мордовию. По рассказу осужденных, которые ехали с ним одним этапом, обращение конвоиров с инвалидом было бесчеловечным. Его тащили волоком к машине и отправили без сопровождения врача.
В мордовской колонии Лечи снова подал в суд ходатайство об освобождении по болезни. Тяньгушевский суд Мордовии ему в этом отказал. Да здесь уже и врачи колонии не рекомендовали инвалида-колясочника к освобождению. По их мнению, «осужденный не хочет лечиться, не принимает таблеток, а состояние у него стабильное».
Адвокат Светлана Давыдова приехала в Мордовию обсудить с Лечи Джанаралиевым линию защиты: она собиралась обжаловать решение Тяньгушевского суда в Верховном суде Мордовии. Но начальник колонии Олег Клишков во встрече с Джанаралиевым адвокату отказал. Отказал он и мне в свидании с Лечи. «Джанаралиев болен. У него температура 38,7. Врачи не разрешают ему свидания ни с адвокатом, ни с вами», - заявил Олег Клишков.
Потом мы говорили с начальником колонии в его кабинете. Он попросил не включать магнитофон и с интересом спросил: «А чего вы так хлопочете за этого Джанаралиева? Не отпустим мы его отсюда. Ну и что, что он болен? Он же не умирает.»
27 мая в Саранске в Верховном суде Мордовии состоялось рассмотрение жалобы Джанаралиева. «Заседание длилось полтора часа, - рассказала мне по телефону из Саранска Светлана Давыдова. Я приехала на суд с письмом от Эллы Памфиловой, председателя Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека, с письмом от Комитета «Гражданское содействие». Я видела, что на столе у судьи лежали какие-то факсы - вроде бы от Уполномоченного по правам человека и от правительства Чечни. Все они просили Верховный суд обратить внимание на случай Джанаралиева. Поэтому я очень удивилась, когда в жалобе мне отказали».
Теперь адвокат Давыдова будет обжаловать это решение в вышестоящих инстанциях и подаст жалобу в Страсбургский суд.
Известно, что по болезни осужденных отпускают крайне редко. Несмотря на постановления правительства России. Особенно если речь идет о заключенных, которые отбывают наказание за тяжкие преступления.
А тем более - о чеченцах.
В середине мая правозащитный центр «Мемориал» и комитет «Гражданское содействие » опубликовали доклад «О положении жителей Чечни в Российской Федерации в октябре 2007 - апреле 2009 года».
Большая его часть посвящена дискриминации, с которой, по мнению авторов, сталкиваются чеченцы, отбывающие наказание в тюрьмах и колониях России.
Правозащитники уверены: негативное отношение к этой категории осужденных связано с тем, что за последние годы в массовом сознании укоренился образ «опасного, жестокого и враждебного России чеченца ».
«К сожалению, приходится признать, что в российских тюрьмах сформировался особый комплекс экзекуций, применяемый к исповедующим ислам, особенно к выходцам с Северного Кавказа, чеченцам и ингушам, - пишут авторы доклада.
-Так, практически повсеместно делающим намаз осужденным угрожают наказания охранников и администрации за «нарушение режима»; есть сведения, что в некоторых учреждениях мусульманская молитва находится под открытым запретом. Многие чеченские заключенные рассказывают о том, что их принуждают есть блюда, приготовленные исключительно из свинины, не давая иной пищи. В некоторых колониях не разрешается даже читать Коран.
В одной из колоний во время утреннего намаза по громкой связи включали фривольные частушки».
В докладе приводится множество примеров притеснения в колониях осужденных чеченцев. Информацию правозащитники получили от родственников заключенных или от их сокамерников, которые по просьбе «своих собратьев по несчастью » рассказали о беспределе адвокатам или родным, когда те приехали к ним на свидание.
Конечно, в российских колониях избиениям подвергаются не только выходцы с Кавказа. Недавно родственник одного осужденного чеченца передал мне список из более тридцати фамилий обитателей колонии № 18 в Мордовии, которые жалуются на беспредел со стороны сотрудников.
В списке много и русских фамилий.
Произвол тюремщиков по отношению к осужденным объясняется тем, что они, как правило, чувствуют свою безнаказанность и отсутствие контроля со стороны общества. Авторы доклада уверены, что причина жестокого отношения к осужденным чеченцам связана с тем, что «в пенитенциарные учреждения пришло много людей, прошедших войну в Чечне. Большинство из них принесли с собой в мирную жизнь навыки и травмированное сознание, приобретенные во время военных действий. А заряд ненависти особенно опасен для тех, кого сегодняшние тюремщики еще недавно воспринимали, как врагов».
Это своеобразный «чеченский надлом », которым больна большая часть российского общества.
Заместитель директора ФСИН (Федеральная служба исполнения наказаний) России Эдуард Петрухин на одной из встреч с правозащитниками, отвечая на их критику в связи с участившимися случаями ввода ОМОНа в колонии, разоткровенничался: «Я очень много был в таких местах, которые называются «горячими точками», и видел, как с живых солдат боевики сдирали кожу, как отрезали головы.
Я провел несколько спецопераций, не потеряв ни одного человека за все свои годы. Сейчас же я теряю своих сотрудников: их сжигают, их убивают, их насилуют ». Наверное, такое высказывание можно оставить без комментариев.

Спасти Лечи Джанаралиева!
Как выбраться из порочного круга? Правозащитники пытаются привлекать внимание к судьбам конкретных людей и стараются помочь им выжить в условиях нового русского ГУЛАГа. Большего для своих подопечных они сделать не могут.
Журнал «Дош» призывает читателей способствовать освобождению из колонии парализованного осужденного Лечи Джанаралиева. Как известно, бывший юрист ЮКОСА Светлана Бахмина была освобождена по УДО в апреле этого года. Мордовские суды дважды отказали ей в ходатайстве о досрочном освобождении.
На свободу она вышла уже по решению Преображенского суда Москвы. В Интернете в ее защиту было собрано почти сто тысяч подписей. Мы предлагаем читателям журнала «Дош» и просто неравнодушным людям собирать подписи в защиту Лечи Джанаралиева, который должен быть освобожден по болезни в соответствии с постановлением правительства РФ.
Просим вас ставить подписи под обращением в Президиум Верховного суда Мордовии.

Назад Вперед